Украинская политическая элита: проблема идентичности

Говоря об условиях позитивного развития страны, многие исследователи решающую роль отводят качеству ее элиты [См.: 1; 2; 3]. Согласно их мнению, без наличия и активной роли элиты все остальные факторы не «сработают», так как только элита в состоянии организовать людей для решения тех общих для страны проблем, без преодоления которых не будет ни народа, ни процветающего общества, ни эффективного государства. Значит, историческое предназначение элиты ее ко многому обязывает.

В связи с этим стоит уточнить следующее: чтобы соответствовать званию элиты для нее недостаточно осознавать себя привилегированной частью общества и восприниматься им таковой, как в свое время утверждали основатели теории элит Г. Моска и В. Паретто. Коль от качества элиты зависит не только развитие, но и выживание народа, чтобы соответствовать званию и роли элиты, руководству страны недостаточно обладать лишь профессионализмом и компетентностью. Кроме этого они должны соответствовать определенным требованиям, дающим им историческое право называть себя элитой, чтобы от имени своего народа действовать и выступать. Ведь действовать от имени народа, не значит, действовать в интересах народа. И звание элиты надо еще заслужить.

Согласно общему мнению, главной задачей политической элиты является «защита государственных национальных интересов и их эффективное представительство на мировой арене» [3, с. 271]. Она включает в себя:

- разработку и реализацию стратегии развития страны, гарантирующей ей достойное место в мире;

- определение целей и приоритетов во внутренней и внешней политике; обеспечение и поддержание жизнеспособности общества и того социального порядка, который гарантирует его нормальное функционирование;

- охрану социальных принципов и культивирование духовных ценностей, лежащих в основе системы социального и духовного воспроизводства;

- обеспечение гармонического сочетания в обществе всего комплекса общенациональных и частных интересов и умелое их позиционирование, формирующие в различных слоях и регионах ощущение общей судьбы и общего дела.

Согласно общепринятым представлениям «элита формирует стратегию развития страны и… является носителем культурных ценностей в широком смысле» [4, с. 186], и потому вопрос о национальной элите невозможно рассматривать без понимания ее исторического предназначения и ответственности за свои действия перед народом и перед историей. Иными словами, воплощая Ум и Волю своего народа, элита призвана дать ответы на Вызовы Истории и суметь организовать общество для их решения. Дать стратегически выверенные ответы в интересах всего общества, основанные на социально значимых жизнеутверждающих смыслах.

Чтобы дать так необходимые обществу ответы, надо понимать его социально значимые смыслы; чувствовать, чем общество живет, к чему стремится, и воплотить эти смыслы в различных жизненно значимых для страны проектах [См.: 5].

К сожалению, приходится констатировать, что украинской «элите» не хватает ни понимания своей страны (причем, создается впечатление, что у нее нет и желания понимать), ни исторически осознаваемой ответственности. Ответственности, без которой «правящий класс» может быть кликой, верхушкой, политическим бомондом, но никак не элитой.

Безответственность украинской «элиты» в первую очередь проявляется в ее нежелании исходить из стратегических интересов страны и неспособности выработать и предложить обществу общенациональный проект развития, объединяющий людей через созидание. Более того, в ней отсутствует видение главных проблем и явно проявляется непонимание тех мультикультурных основ, вытекающих из принципа «единство из множества», на базе которых Украина сейчас может и должна развиваться. Особо это проявляется в игнорировании духовных ценностей и политических прав «русскоязычного меньшинства», в восприятии его как угрозы целостности Украины, в насильственной украинизации, в попытках использовать возможности государства для получения временных преимуществ для «украинцев» в области политики и культуры [См.: 6].

Современная украинская «элита» объясняет такую политику общей политической и культурной недоразвитостью своего народа, забывшего свою историю и разучившегося в годы Советской власти «думать по-украински». Хотя уже сейчас многим ясно, что обвинения в политической недоразвитости своей страны скрывают тягу к диктату и стремление политической верхушки ни от кого внутри страны не зависеть. И хотя эта зависимость сейчас уже минимальна, так как сведена лишь к периодическому «волеизъявлению народа» на выборах, но и она тяготит верхушку, поскольку не может ей вполне гарантировать ее политический статус.

Чтобы не зависеть от народа, его надо превратить в «электорат» - манипулируемую с помощью средств массовой информации «атомизированную», лишенную социальных признаков массу, нацеленную на удовлетворение своих индивидуальных потребностей и не осознающую себя чем-то цельным и социально органичным. И, поскольку это качество считается «общим признаком» западного варианта демократии, новая политическая верхушка интенсивно пытается деструктурировать общество, объясняя данную политику не возможностями манипуляции, а требованием соответствовать прогрессивным «образцам».

Но будущее Украины за ним не прочитывается, поскольку спонтанная социорефлексия «элиты» не переходит в выверенную стратегию. Ее отсутствие все чаще объясняется своеобразной исторической «паузой», но саму эту «паузу» отличает такая несогласованность и общая невнятность, что надежд на позитивное изменение ситуации без вмешательства глобального или цивилизационного «фактора» остается все меньше [См.: 8].

Что касается общего отношения к настоящему и будущему Украины, то «характеристика современного положения в ней как эпохи разочарований и потери иллюзий свидетельствует, что господствующие в стране учения, теории, идеи не выполняют роли мобилизующих общество идеалов» [9, с. 133], лишая его перспективы в будущем.

Особенно это стало заметным тогда, когда нарастание проблем в Украине существенно сузило социальную базу новых представителей власти. Но чем она уже, тем больше опасность возвращения к методам диктатуры. По сути, сейчас напрямую стоит вопрос - как совместить переход от тоталитаризма к демократии с сохранением диктатуры. Одним из вариантов его обоснования является аргумент, что «темные массы» не готовы воспринимать «передовые» идеи и «передовой режим» им надо навязывать силой. Но навязанная демократия неизбежно становится диктатурой. «Президент, ссылаясь на чрезвычайные обстоятельства, требу­ющие быстрых решений, может оправдать этим бесконтроль­ность своей власти, - считал, анализируя эти процессы, известный политолог А. С. Панарин. - Президент может противопоставлять «обы­денному сознанию» электорального большинства высший исторический разум — требование прогресса, демократии, цивили­зации. В свое время большевики обосновали узурпацию власти и нарушение воли электората (выраженной на выборах в Учре­дительное собрание) тем, что они, вооруженные знанием зако­нов истории (прогресса), «лучше знают интересы народа, чем сам народ». Таким образом, если электоральное большинство трети­руется как «мелкобуржуазное» или как скопище «красно-корич­невых», то нарушение его воли превращается в «суровый долг» демократа и прогрессиста» [10, с. 328]. И хотя А.С. Панарин писал эти слова еще в 90-х годах, их содержание применительно к Украине периода правления президента В.А. Ющенко становится исторически точным и символически значимым.

Следует заметить, что данное сравнение с большевиками не случайно. В этом смысле те, кто публично отверг Советскую власть и ее идеи, на деле оказались не столько ее антиподами, сколько двойниками и наследниками. И не только в плане методов по захвату и переделу власти и собственности, но также и с точки зрения способов воздействия власти на общество, в основе которых лег парадокс «передового» режима, установленного в отсталой стране, которую предстоит «строить» и «перевоспитывать» [10, с.333-334].

Одним из главных условий народного благосостояния является состояние экономики. Причем, все более важную роль в ней играют качественные показатели, воплощенные в уровне развития социотехнологий, определяющих не только качество жизни граждан, но, что не менее важно, жизнеспособность и безопасность всего социума. Результатом экономических реформ новой украинской верхушки, как известно, стал не расцвет, а развал экономики [См.: 16, 18]. И нам вслед за А. Зиновьевым можно констатировать, что представители украинской верхушки «вместо рыночной экономики создали финансовые пирамиды. Вместо законности и прав человека – беззаконие и бесправие, вместо независимости – раболепие перед Западом и предательство собственных национальных интересов, вместо процветания – всеобщую пауперизацию населения» [11, с. 7], которую в Украине пытаются представить как истинную демократию. И какое то время это удавалось. Но когда первоначально выдававший себя «за движение за де­мократическую автономию, против тоталитарного централизма» [10, с. 274], украинский национализм, придя к власти, взял за основу идеи, апеллирующие не к будущему, но к прошлому, и стал утверждать их методами, которые ранее были им же осуждены, возникли серьезные опасения, что этот путь обрекает Украину после распада Советского Союза на аналогичный кризисный виток.

Казалось, что спустя полтора десятилетия «демократических преобразований», общество должно было осознать их принципиальную «тупиковость». Не потому, что демократия сама по себе плоха, но потому, что с ее помощью под лозунгом «сначала независимость, потом – демократия» произошла подмена цели и средств, в ходе которой забыли, что демократия не идеал, не дар Божий, а лишь инструмент политики, цель которого – общее благосостояние. Ее прочность выстраивается на определенном экономическом основании и отличается жизнеспособностью, лишь достигнув определенного социально-экономического уровня, гарантирующего, что государство будет существовать за счет налогоплательщиков, а не каких-то иных внешних или внутренних источников [12, с. 123-127]. Тем более, не за счет утилизации страны. И если новая «элита» не понимает этого, или не хочет это в своей политике учитывать, у народа не будет ни демократии, ни благосостояния.

Именно поэтому новый «всплеск демократии» в условиях «оранжевой революции» 2004-го года принципиально ничего не изменил. Ведь к власти пришла не «улица», а тот, кто ее направлял и под лозунгами украинского возрождения жаждал нового передела. И хотя новый «народный президент» В.А. Ющенко, выступая на Майдане после церемонии инаугурации, назвал свою победу на выборах «победой свободы над тиранией» [13, с. 15], дальнейшие политические события в этом совсем не убеждают. Скорее, наоборот. И вывод, что союз бывшей номенклатуры и национально мыслящей интеллигенции привел к утверждению в качестве основной национальной доктрины принципов и идей не индустриально развитого центра и востока Украины, а земледельческой культуры Галичины, получил еще одно подтверждение. Но, приняв ее идеологию и предоставив националистам право на культурную диктатуру, политическая верхушка Украины не учла, что провозгласившей себя украинским Пьемонтом этнически озабоченной «земледельческой культуре совершенно не нужно ни государство, ни цивилизация. Ее мировоззрение ограничено площадью земли, которой она владеет и ментальная ограниченность сказывается в любых ситуациях, даже когда волей судьбы ее представители возносятся на высшие уровни государства» [4, с. 146]. Ведь у нее иные ценности и приоритеты, а их культивирование в ущерб интересам общества и государства, могут в ближайшем будущем погубить жаждущую возрождения страну.

Впрочем, этой особенностью специфика политики новой власти не исчерпывается. Так, еще в начале 90-х годов, многим казалось, что, придя к власти и захватив в свои руки национальные ресурсы, новая политическая верхушка возьмет на себя ответственность за будущее Украины, постепенно перейдя от грабежа населения к обеспечению социальной защиты граждан и экономической безопасности страны. Перейдет хотя бы из соображения собственной безопасности, поскольку хроническое состояние кризиса неизбежно угрожает ее власти. Но давно ожидаемого перехода до сих пор не произошло. И связано это во многом с фактором глобализации.

Так, в частности, если рассмотреть ситуацию с данной позиции, то вполне возможно, что крах или процветание нынешней украинской верхушки с кризисом или с позитивным развитием Украины, а, следовательно, и с благосостоянием ее народа, уже не связаны. Не связаны потому, что главная задача украинской «элиты» не в том, чтобы через развитие своей страны обеспечить свой успех и процветание, но в том, чтобы, независимо от состояния Украины и положения ее граждан, обеспечить себе место в составе не украинской, но уже мировой элиты [См.: 15]. Значит, ее цель - не возрождение Украины, не благосостояние народа, а максимально возможный контроль над ними. Контроль в интересах западного капитала, позволяющий украинской верхушке претендовать в перспективе на право стать частью западной элиты. А для этого надо заботиться не о преодолении национального кризиса и благосостоянии украинцев, но о том, как обеспечивать мировой элите максимально выгодные условия для контроля над Украиной в режиме ресурсного управления [См.: 19, 20].

Надо полагать, что такая политика, безусловно, будет лишь обострять имеющиеся антагонизмы общества и усиливать общий раскол, не давая никому в Украине позитивной перспективы, кроме самой «элиты», которую этот вариант развития, возможно, вполне устраивает.

По мнению А.С. Панарина «в большинстве государств СНГ, как и в на­циональных автономиях Российской Федерации, ощущается раскол между «молчаливым большинством» населения и крикливым политическим меньшинством. Большинство ратует за восстанов­ление единого цивилизационного пространства, приоритетными считает цивилизационные интересы, связанные с универсалия­ми прогресса, постиндустриальной перспективой. Ему противо­стоит активное меньшинство политического класса и национали­стически ориентированной интеллигенции. Те представляют по­литический авторитаризм, эти — авторитаризм культурный. Об­щее у них — тяготение к принципу монополизма, противополож­ному цивилизованной открытости и терпимости» [10, с. 275].

Уже сейчас ясно, что неспособность украинской верхушки осознать проблемы настоящего и переплавить свои рефлексии в отвечающую интересам страны стратегию, жажда сиюминутной наживы и отсутствие цивилизационной воли, помноженные на этнографические любования, обрекают Украину на отсталость и изоляцию. А что будет дальше? Значит, кризис, который переживает Украина, не кризис роста, а деградации, знаменующий начало духовного вырождения народа [14, с. 426]. Вот почему все более распространяется мнение, что главная беда общества «не в том, что с нами произошло…, а в… упорном нежелании правителей понимать и учитывать государственные и общенародные интересы» [14, с. 430].

Опыт истории учит, что «демократия, когда личное перевешивает общественное, способна развалить любое государство» [4, с. 145]. Особенно, если кризис страны есть прямое следствие «смятения умов в погоне за иллюзией личного обогащения» [14, с. 426[. И пока в умах «элиты» господствует не преодоленный комплекс Эдипа [4, c. 29-33], выдаваемый за продуманную стратегию, а спонтанные внешнеполитические демарши скрывают исполненную смысла безответственность, Украина будет балансировать у края, постепенно сползая в пропасть.

Стоит еще раз подчеркнуть, что современная украинская «элита репрезентирует не базовый менталитет населения Украины, а лишь его части – аграрного общества... В силу исторических причин руководящую элиту составили представители с иерархическим уровнем секретарей райкомов компартии бывшего СССР, в лучшем случае обкомов, в основном носителей земледельческой культуры, т.е. прекрасных исполнителей, не обладающих даром стратегического видения. Поэтому в Украине и нет стратегии развития, ни экономической, ни геополитической. Ее многовекторность объясняется ее фемининностью. В Днепропетровске она искренне дружит с Россией, во Львове – с Западом, а в Киеве – преисполняется значимостью от таких дружественных отношений. Однако эта элита недолговечна и ее смена ближайших лет» [4, с. 406].

Чтобы в обществе сложилось мнение, что «элита» действует в интересах страны, надо изменить либо политику, либо представления об интересах. Можно ли поменять представления людей об их национальных интересах? Можно. Ведь «национальные интересы любой страны вытекают из ее национальной идентичности» [12, с. 166]. Значит, единственный способ доказать и утвердить пропагандируемую идентичность – перекодировать через украинизацию общественное сознание на националистически понимаемый национальный интерес [См.: 7]. При этом, чтобы скрыть свой этнически ориентированный национализм, украинская «элита» выдает его за западную внешнеполитическую ориентацию, платя интересами страны за возможность для себя быть допущенной к мировой элите [См.: 15]. Ее идеологический и экономический коллаборационизм под лозунгами свободы и демократии, по сути, ведет к свободе и от того и от другого, все более явно показывая, что за курсом демократических преобразований скрывается политика апартеида и геноцида: социального, демографического и культурного; политика мирного «истребления» собственного народа [См.: 16].

В результате такого «исторического выбора», вопрос «какими быть?» заменен в Украине проблемой «с кем быть?», где соответствие социально-политическим западным стандартам сводится к принадлежности к НАТО и ЕС. На деле стремительный, но пока бесплодный «рывок в Европу», предпринятый новой властью после «помаранчевой революции», скрывает попытку украинской «элиты» уйти от исторической ответственности за судьбу страны, присоединившись к чужому проекту, реально для него ничего не сделав и ничего в него не вложив [См.: 6]. Так, трудный путь социально-экономического, культурного и политического возрождения Украины через гармонизацию ее внутренних противоречий был сведен к внешнему выбору в пользу тех, кто, по мнению «элиты», должен Украину защитить и привести к расцвету. При этом власть демонстрирует полное непонимание того, что качество внутреннего состояния страны, ее уровень развития, определяют не только: быть или не быть Украине в составе Европы, но и в каком статусе ей быть. Она не видит, что главная проблема для Украины в условиях глобализации: как интегрироваться в мировые структуры, не потеряв своей идентичности, и пытается с помощью истории ускоренно сформировать новую идентичность под свой «цивилизационный выбор» [См.: 7].

Между тем, согласно имеющимся данным, очевидно, что в этой международной структуре Украине предназначена роль маргиналов. Тех, за счет кого, будет обеспечиваться превосходство в качестве жизни передовых стран. Следовательно, за западной ориентацией «элиты» скрывается технологическое выдавливание Украины на обочину. Цель ее – подчинить, подавить, связать, ограничить Украину, не позволить ей использовать свои традиционные резервы, не дать догнать Запад экономически, закрепить общее отставание одних стран и техносоциальное превосходство других [17, с. 38-39] в рамках нового мирового порядка, формируемого в ходе новой Большой Игры. И в той Большой Игре, которая разворачивается в частности на постсоветском пространстве, украинская политическая и интеллектуальная элита «играет» против собственного народа.

В связи с этим уместен вопрос: если предназначение элиты – дать ответ на вызов современности и, сформулировав его в понятной для народа форме, с его помощью воплотить в жизнь, то можно ли называть элитой тех, кто, захватив власть, использует ее лишь в своих интересах; кто не считается со стратегическими интересами народа, и этнически ограниченные иллюзии одного региона выдает за мечту всех? Является ли элитой та группа общества, что использует доставшуюся ей власть против него? Ответ на этот вопрос, разумеется, может быть только отрицательным. Но если это так, то нам придется констатировать, что у Украины до сих пор нет своей настоящей элиты. А та группа политиков, бизнесменов и интеллектуалов, которая претендует на эту роль, на самом деле заслуживает звания «клики», в лучшем случае – верхушки, использующей временно доставшуюся им власть для укрепления своих позиций в рамках мировой элиты за счет будущего своей страны.

Что касается самой Украины, то совершенно ясно, что без своей элиты, способной отстаивать стратегические интересы страны, она, безусловно, обречена [См.: 3]. У нее нет будущего, если она не создаст новую элиту, идентифицирующую себя с украинским народом, способную объединить его в едином порыве во имя будущего, воплощающую его ум и волю в конкретных созидательных проектах и делах. И, судя по всему, этот процесс уже начался.

Литература

1. Spykman N. America’s Strategy in World Politics, 1942.

2. Восленский М. С. Номенклатура. Господствующий класс Советского Союза / М.С. Восленский. - М., 1991. - 624 с.

3. Панарин А.С. Народ без элиты / А.С. Панарин. – М.: Изд-во Алгоритм, Изд-во Эксмо, 2006. – 352 с.

4. Удовик С.Л. Глобализация: семиотические подходы / С.Л. Удовик – М.: «Рефл-Бук», К.: «Ваклер», 2002. – 480 с.

5. Ставицкий А.В. Украина и проблема национальной идентичности // http://rusprostranstvo.com/?p=99

6. Ставицкий А.В. Украина в интеграционных процессах: мифологический аспект // http://rusprostranstvo.com/?p=111

7. Ставицкий А.В. Смысл украинской истории в контексте ее мифологизации //http://rusprostranstvo.com/?p=52

8. Юрченко С.В. Festina lente или необходимость паузы во внешней политике Украины || http://rusprostranstvo.com/?p=44

9. Ставицкий А.В. Роль социальной мифологии в процессе социального прогнозирования будущего Украины // Людина: дух, душа, тiло. Матерiали Мiжнародноi науково-теоретичноi конференцii. – Наукове видання. – Суми: «Собор», 2000. – С.132-134.

10. Панарин А. С. Реванш истории: российская стратегическая инициатива в ХХI веке / А.С. Панарин. - М.: Издательская корпорация Логос, 1998. - 392 с.

11. Зиновьев А. Глобальное сверхобщество и Россия / А. Зиновьев. – Мн.: Харвест, М.: АСТ, 2000. – 128 с.

12. Уткин А.И. Новый мировой порядок / А.И. Уткин. – М.: Алгортм, Эксмо, 2006. – 640 с.

13. Колесников А.И. Первый украинский. Записки с передовой / А.И. Колесников. - К: Вагриус, Нац. книжный проект, 2005. – 415 с.

14. Баландин Р.К., Миронов С.С. Тайны смутных эпох / Р.К. Баландин, С.С. Миронов. – М.: Вече, 2003. – 432 с.

15. Кара-Мурза С.Г. Евроцентризм – эдипов комплекс интеллигенции / С.Г. Кара-Мурза. – М.: Изд-во Эксмо, 2002. – 256 с.

16. Сенченко Н.И. Общество истребления – стратегическая перспектива «демократических реформ» / Н.И. Сенченко. – К: МАУП, 2004. – 224 с.

17. Катвалюк А.Л. Социальные технологии / А.Л. Катвалюк. – Тернополь: Экономична думка, 2001. – 284 с.

18. Гринев В.Б., Гугель А.С. Потерянное десятилетие – контуры новейшей политической и экономической истории Украины: Моногр / В.Б. Гринев, А.С. Гугель. – К.: МАУП, 2001. – 432 с.

19. Бжезинский Зб. Выбор. Мировое господство или глобальное лидерство / Зб. Бжезинский: Пер. с англ. – М.: Международные отношения, 2006. – 288 с.

20. Юрченко С.В. Трансформация современной системы международных отношений: основные тенденции // http://rusprostranstvo.com/?p=45

Stavitskiy A.V.

Ukrainian political “elite”: problem of identity

Ставицкий А.В. кандидат философских наук, заведующий кафедрой Севастопольского филиала Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов

е-mail: stavis@rambler.ru

 

hr


Регистрация

Свежие заметки

К огда-то давно прочитал книгу "Устами американцев", которая представляет собой сборник признаний солдат и офицеров армии...

...

  Оказывается, даже Ротшильд в шоке и растерянности от того, что сейчас происходит в мире, где финансовый сектор с его...

...

  Оказывается, даже Ротшильд в шоке и растерянности от того, что сейчас происходит в мире, где финансовый сектор с его...

...