Украинский проект в условиях информационной войны

 

Как видим, применительно к украинской мифоистории речь уже идет не о научных исследованиях, но о системных проявлениях информационно-психологической войны.

Поэтому украинская система культурной экспансии работает преимущественно в сетевом режиме и по характеру своего воздействия подобна радиации. В ее осуществлении участвуют сотни тысяч подготовленных людей, работающих в вузах, школах, научно исследовательских центрах, учреждениях академии наук. Но в рамках одной исторической специализации она почти не распознается и сводится к фальсификациям[1]. Чтобы ее понять, необходимы комплексные усилия на стыке разных наук, включая историю, психологию масс и геополитику[2].

 

Последнее направление исследований в данном случае особенно  важно, так как если перефразировать известное изречение З. Бжезинского, то можно сказать, что украинский проект создается на обломках России, за счет России и против России. И в таком варианте фразы знаменитого американского политолога с учетом его  первоначального смысла, где речь шла не об «украинском проекте», а о «новом мировом порядке»[3], проступают не только общие смысловые контуры этого порядка, но и встроенность в него не русской, а украинской Украины.  

 

Напомним, что украинский проект изначально создавался сначала поляками, а потом австрийцами против России и затачивался против нее с расчетом на раскол и уничтожение русской православной цивилизации. И хотя в независимой Украине предпочитали повторять стыдливую фразу, ставшую названием известного творения Л.Д. Кучмы «Украина – не Россия». В  действительности она должна звучать иначе: Украина – анти-Россия. И в этом ее смысл и назначение.    

 

Таким образом, нам следует исходить из того, что против России в ее историческом поле идет необъявленная война[4]. На информационно-психологической войне, скорее всего, не будет убитых людей, но могут безвозвратно погибнуть их представления, утрачены или заменены жизненно важные смыслы и кардинально поменяться социально-психологическая ориентация, так как главной целью этой войны, главным объектом экспансии является индивидуальное и общественное сознание.

 

Готовность к информационной войне проявляется в деле. И в связи с этим нужно напомнить, что происходящее в мире и стране следует рассматривать в контексте нарастающей конкуренции проектов и стратегий. Однако нам придется признать отсутствие системной работы представителей России, основанной на грамотной и продуманной стратегии, несмотря на то, что руководители страны ясно понимают, что она нужна и особую роль в ней играют историки.

 

Как следствие, у России до сих пор нет стратегической доктрины применительно к украинскому проекту, которая бы включала и анализировала его причины, смысл, мотивации, концептуальные стратегические установки. И эта проблема множит имеющее стратегический характер непонимание.

 

У информационной войны в историческом поле есть разные уровни структуры задач и механизмов их осуществления. В них с одной стороны для обеспечения легитимности происходящего требуется участие большого количества людей и многочисленных «групп поддержки», а с другой – еще важнее действующие по принципу самоорганизации малочисленные, но высокопрофессиональные «спецвойска», которые способны противодействовать информационной экспансии противника и при необходимости «зачищать» питательное для него смысловое поле. Эти «спецвойска» отвечают за целостность цивилизационной «матрицы» и качество защищающей смысловое поле социума «программы».  

 

При этом следует помнить, что в информационно-психологической войне наиболее эффективной является основанная на принципах «мягкой силы» стратегия непрямых действий. В сетевом режиме она обретает организационную структуру  «роя», где все группы влияния работают по принципу «спагетти», когда каждая частная задача в рамках общей стратегии решается под «ключ» без какого-либо постоянного руководства сверху или извне.

 

Однако, поскольку ни стратегии, ни системных действий Россия пока не продемонстрировала, полагаясь на свою историческую правоту, неудивительно, что Украина зачарована идеями украинства[5]. И это проявляется в том, что за последнее десятилетие творцам украинской мифоистории удалось прорваться и в российское научное пространство, сея там благоприятное отношение к тем процессам и деятелям, которые в украинской мифоистории являются узловыми и культовыми. Среди них в первую очередь можно выделить весьма плодовитую петербургскую группу «российских» историков Т.Г. Таирову-Яковлеву, В.Е. Возгрина и А.С. Гогуна, которые под видом научных исследований успешно работают над проблемой перекодировки уже и российского сознания.

 

Для эффективной борьбы с подобной мифоисторией следует учесть ряд условий:

 

1. Мифоистория Украины представляет собой сложную саморазвивающуюся структуру, которую можно уподобить большому дереву, где роль «листьев» и «веток» исполняют определенные, выстроенные на принципах взаимного дополнения исторические мифы. Таким образом, у украинской мифоистории выявляются причины и смысл существования, мотивация, назначение и довольно сложная структура, определяющая механизм ее функционирования[6].

И хотя сами творящие украинскую мифоисторию историки этой структуры не знают, на эффективность ее функционирования данное обстоятельство не влияет. Но зато это обстоятельство является крайне важным для тех, кто ей противодействует. Ведь, чтобы победить эту систему,  не надо уличать каждый тезис, термин, мифологему, бороться с каждой «веточкой» и «листом» мифологического «дерева», так как, подобно головам  гидры, на месте отрезанных «листьев» и «веток» быстро вырастают другие. И число их множится. Однако зачем бороться с кроной, когда у дерева есть ствол и корни? Когда через корни оно получает всё, что ей необходимо? Значит надо срубить ствол, отсечь корни и лишить их источников питания.

В основе корневой системы лежат несколько ключевых принципов, мифологических сюжетов и идей. Методология их обоснования и распространения довольно проста. С ними и надо работать в первую очередь. 

 

2. На Вызов истории в режиме информационной войны Россия должна подготовить достойный Ответ. Но чтобы успешно взаимодействовать с идеологией украинства и мифоисторией украинского проекта совершенно не обязательно  нести подобные же затраты и включать в информационную войну все научные учреждения гуманитарного типа от лингвистов до геополитиков.

Ответ на данный вызов должен соответствовать угрозе, то есть быть долгосрочным, системным, креативным и сетевым в режиме «мягкой силы». Но он вовсе не должен быть адекватным по затратам, так как современные условия информационного взаимодействия позволяют отвечать на вызовы достойно, сосредоточив внимание лишь на узловых элементах украинского проекта. Тех элементах данной конструкции, которые являются основными, опорными, несущими, базовыми.    

 

3. Для преодоления реализуемой в режиме информационной войны против России и пустившей метастазы на Украине идеологии украинства нельзя играть по ее правилам, признавая за украинскими историками право на манипуляции с терминами и документами с целью подгонки исторических процессов под их идеологические установки.

 

 

4. Поэтому в основе информационно-психологического взаимодействия там, где под угрозой находится русская идентичность, должен лежать принцип информационной акупунктуры, когда точечное воздействие на организм в узловых элементах конструкции  вызывает «эффект бабочки». И тогда мы сможем увидеть, как «одна палочка и девять дырочек истребят целое войско». 

 

5. Именно так через системную перекодировку сознания с помощью новых принципов веры из русских по языку и культуре людей украинизаторы делали и делают украинцев[7]. И долгое время русские из чувства благожелательной к врагам толерантности и в иррациональном расчете на ответное понимание, позволяли идеологам украинства делать все, что они сочтут нужным.

 

В результате было потеряно время. Но битва за идентичность не завершена. И в ней особую роль играют историки, способные с одной стороны распознавать сетевое воздействие в режиме информационной войны и успешно ему противодействовать, а с другой – работать, не выходя за пределы научного дискурса. Осталось дело за малым: организоваться, чтобы победить, выйдя на тот уровень преодоления, когда проигравших нет.       



[1] См.: Пироженко В. «Проект «Украина» и проблема украинской идентичности: риски, угрозы, альтернативы [Электронный ресурс] / Виктор Пироженко. – Режим доступа: http://hvylya.org/analytics/politics/proekt-ukraina-i-problema-ukrainskoj-identichnosti-riski-ugrozy-alternativy.html 

[2] См.: Переслегин С. Б. Самоучитель игры на мировой шахматной доске. М., СПб., 2006. 619 с.

[3] См.: Сенченко Н. И. Общество истребления – стратегическая перспектива «демократических реформ». К., 2004. 224 с.

[4] См.: Кургинян С. Враг у ворот. По поводу проблем, поднятых в статье Виктора Черкесова [Электронный ресурс] / С. Кургинян. – Режим доступа: http://zavtra.ru/cgi//veil//data/zavtra/07/727/21.html

[5] См.: Табачник Д. В. «Утиный суп» по-украински: Беседы с украинским политикумом: диалоги с глухими / Д. В. Табачник. 4-е изд. / Худож.-оформитель В. А. Мурлыкин. Харьков, 2009. 543 с. 

[6] См.: Ставицкий А. В. Смысл и назначение мифологизации украинской истории /                  А. В. Ставицкий // Культура народов Причерноморья. №187, 2010. – С. 94-96.

[7] См.: Костенко В. Воспитание новых янычар, или «Украиноведение» [Электронный ресурс] / В. Костенко. – Режим доступа: http://odnarodyna.ru/articles/3/283.html

hr


Регистрация

Свежие заметки

  Trump Has Surrendered - Will Putin Be The Next? Пол Крейг Робертс Вашингтон возобновил конфликт ракетным ударом томагавков по...

...

   

...

И снова о Февральской революции, на этот раз устами С. Кара-Мурзы.  Выкладываю 5 главу (видимо, главную),  пишет...

...